00:27 

Морфи. и тов.Молотов, Германия/Нидерланды.

Хеталийский Рандом
Простите, жизнь заела.

Название: Серебро в крови
Авторы: Морфи. и тов.Молотов
Персонажи: Германия/Нидерланды, Испания, мельком Бельгия, Венгрия, Франция.
Жанр: городское фэнтези, АУ, немного дарка, экшн.
Рейтинг: NC-17


Людвиг убрал типовой договор в папку к таким же, которые еще следовало отправить на подпись, и посмотрел на часы. До обеденного перерыва оставалось не так уж много, и можно было бы оставить кабинет, к тому же сегодня наплыва клиентов не наблюдалось, и за росписью к Людвигу, как к начальнику отдела, его сотрудники не заходили.
Но нарушать рабочий режим даже в мелочах было не в правилах Людвига. Он подтянул ближе распечатку с должностной инструкцией, не смотря на то, что знал ее уже наизусть: делая вид, что знакомится с новыми обязанностями, можно было потратить время на более полезные размышления.
Или же на менее, если отвлечься на фотографии. Одна из них была совсем давняя, сменившая с Людвигом не одно место жительства и работы. Единственное фото, на котором они с братом и кузеном были втроем, причем все смотрели в камеру. Выпускной Гилберта, на который тот притащил Людвига (хотя лицам старше шестнадцати вообще путь был заказан) и каким-то образом заманил Родериха, распрощавшегося со школой к тому времени как два года.
Кажется, именно тогда Людвиг первый - и единственный - раз напился.
Словно почуяв, что о нем вспомнили, Гилберт прислал смс с напоминанием о том, что вечером мальчишник. Кто-то из клана - Людвиг не помнил имени. Новообращенные, они стремятся как можно быстрее создать семью, закрепиться... Чем выше ты в клановой иерархии, тем больше времени тратишь на поиск подходящей пары.
Подходящая пара подмигивала со второй фотографии. Где-то на карточке был подвох - Холл не притащил бы Людвигу фото сестры просто так - но пока искать его не хотелось. Хотя, если присмотреться, Людвиг мог бы подобрать тысячу причин встрепанному виду Аньель, припухшим губам, беспорядку в одежде...
Чуть заметному пятну на шее, кстати, тоже напрашивалась пара причин...
Людвиг заставил себя оборвать мысли. В конце концов, женихов у нее было не меньше пяти. Кому-то доставалась сама Аньель, а вот кому-то предлагал перепихнуться ее брат...
Людвиг досадливо поморщился и подавил желание убрать фотографию. Вместо этого он рывком поднялся из-за стола - время обеда уже наступило.

***

Семнадцатое декабря ознаменовалось крушением всех планов и надежд. Этот четверг был последним спокойным днем в жизни Абеля на грядущие полгода. Из почти месячного отпуска вернулся начальник, а это означало, что накрылись медным тазом коллективные посиделки в курилке, обеды и ланчи в любое время, своевольные уходы с рабочего места. За месяц счастья и халявы предстояло платить упорным трудом - именно это продемонстрировал отдохнувший и загоревший начальник, раздав указания и усевшись за главный стол: так он мог видеть всех.
К счастью, руководитель видел только кто и как работает, но то, что пишется в открытых на мониторах документах, было ему недоступно.
Именно поэтому Абель, довольно быстро покончив со статьей и подобрав к ней изображения, мог с чистой (ну, почти) совестью переписываться в мессенджере с сестрой, вот уже третий месяц работающей зарубежом. Она слала открытки, фотографии, и клялась вернуться сразу же, как станет известна точная дата ее свадьбы - но не раньше. Сестрица отличалась легким нравом, покладистостью, и безумно хотела замуж. И детей - десяток, чем вводила старшего брата в ступор. Ей даже не принципиально было, кто станет ее мужем.
Этого Абель ну никак не мог понять, да и вообще, у него было достаточно поводов капать едкой слюной по этому поводу.
К обеду общими усилиями сдали дневную норму, но практически тут же «сверху» спустили новые задания.
Коллектив, выползающий в кафе при бизнес-центре, роптал, и Абель не мог не высказать свое веское мнение:
- Если я сегодня напишу еще пятерочку таких статей, то неделю еще не буду на работе появляться.
Его, в общем-то, поддерживали.
В кафе уже была толпа - у всех сотрудников огромного центра, в котором располагалась редакция журнала, обед начинался в одно и то же время.
Задев плечом идущего навстречу мужчину с подносом, голландец не преминул разразиться потоком ругани. Объем работ очень сильно сказывался на его настроении.
- Ну и что ты бесишься? - насмешливо поинтересовалась коллега, елозя ложечкой в клубничном йогурте: она неплохо знала Абеля, чтобы понять, что вывести его из душевного равновесия не так уж просто.
- Куда не плюнь, - голландец с остервенением воткнул пластиковую вилку в кусок мяса на тарелке, - везде женихи моей сестры.
- И этот красавчик тоже? - проницательно заметила журналистка.
Абель поморщился.
- Этот - в особенности.
Девушка хмыкнула, облизывая ложку и наставляя пластмассовый инструмент на коллегу.
- Мне вот кажется, что что-то здесь не так.
- Мне тоже.
До конца рабочего дня дожили не все. Кто-то срочно отпросился на свадьбу любимой и единственной подруги, у кого-то прорезался аппендицит, а у кого-то и давно почивший дедушка. Те, кто сдюжили, с работы уходили в девять вечера, чего раньше никогда не случалось.

***

Браки в их среде были не таким уж частым, но зато веселым событием, и пропустить мальчишник считалось дурным тоном. Зато на саму свадьбу приходили иногда только родители жениха с невестой, и это было вполне правильным. Древняя традиция вообще предлагала заключение брака исключительно между влюбленными, без участия посторонних лиц.
Абель любил мальчишники. Когда все те, кто являлся одиночками по натуре, оказывались в тесном пространстве какого-нибудь старинного особняка... это всегда было интересно. Профессиональное чутье репортера за подобные вечера составляло в его голове множество конспектов для репортажей.
Если бы только у оборотней была газета...
Абель мечтательно усмехнулся и, схватив с ближайшего стола бокал с чуть дымящимся коктейлем, направился в толпу. Повод напиться и вообще хорошо провести время он упускать не собирался.
Людвига на очередной мальчишник приволок брат. Вот уж кто, а Гилберт чувствовал себя в таких сборищах, как рыба в воде.
С единственным отличием - рыба не в состоянии болтать так много.
- Так вот, такая цыпочка, не знаю ее клан, но точно найду, - хвастался Гилберт новыми событиями на своем любовном фронте, пока Людвиг пытался выискать в толпе хоть одно знакомое и приятное лицо. Пока больше всех ему нравились статуи, охранявшие вход на балкон.
- Кстати, ты давно видел старину Родди? - внезапно серьезным голосом спросил Гилберт, и Людвиг встряхнулся, среагировав на это изменение.
И покачал головой - в самом деле, сколько дней прошло? Около недели с тех пор, как Родерих говорил что-то о важном грузе, за которым надо присмотреть...
Обычно его "присмотреть" укладывались в пару дней, а неделя же сильно настораживалась...
- А к черту его, - заявил внезапно Гилберт, серьезность которого как ветром сдуло при виде сцены с шестом и крутящейся на нем девицы.
Воспользовавшись отвлечением его внимания, Людвиг постарался найти место поукромней, оставив брата наедине со зрелищем, которое самого Людвига не особо привлекало.
Идеально вежливый голос Родериха из телефонной трубки сообщил, что он не может сейчас ответить на звонок, и предложил оставить сообщение. Людвиг нахмурился, дождавшись сигнала, оставил просьбу позвонить и повесил трубку.
На балкон, который Людвиг выбрал своим временным убежищем, просочился кто-то еще. Безобразно пьяный - если не хуже - и сопровождаемый невыносимо терпким запахом табака.
Людвиг подавил желание зажать нос и постарался ретироваться, пока его не заметили.
На свой нюх Абель не жаловался никогда, он мог даже сквозь облако своего дыма почуять близких - как и тех, к кому питал особенную неприязнь. Именно поэтому Холл развернулся на каблуках и оскалился в самой радушной из своих кривых улыбок.
- Скучаешь, Немец? - он шагнул к Людвигу, дохнув на того перегаром и табаком.
- Чем еще я могу заниматься в твоей компании? - поморщился Людвиг, махнув ладонью перед лицом в попытке отогнать от себя отвратный запах - и отвратного же Холла.
Тот ухмыльнулся и ухватил Людвига за плечо, втаскивая обратно - в шумный и душный зал, что-то говоря при этом, и он постарался сбросить чужую руку и отодвинуться.
Всегда это бесило в Абеле - его показная неприязнь и не менее показное желание держать Людвига где-то рядом.
- Да ладно тебе, - прокричал Холл прямо ему в ухо, не дав отойти далеко. - У тебя же собственная свадьба на носу, так что стоит поучиться тому, как нужно к ней готовиться!
На этот раз хлопок по плечу был провоцирующий, с подначкой.
Свою неприязнь Людвиг тоже скрывать не собирался, и вторжения в личное пространство, как бы часто они не происходили, терпеть не хотелось.
- Сколько раз тебе говорить, чтобы ты меня не трогал, щенок? - с угрозой поинтересовался он, чувствуя, как нервы натягиваются струной, и торжествующе улыбнулся, когда Холл среагировал на обзывку, сблокировал удар и с удовольствием атаковал в ответ.
Довольно быстро они, сцепившись, свалились на пол и покатились по нему. Вокруг раздавались крики и улюлюканье - Людвиг почти признал голос Гилберта, предлагавший делать ставки - и в этом шуме, на который накладывалось биение собственного сердца и как никогда шумное дыхание, услышать звонок мобильного телефона было почти невозможным.
Если бы не вибрация, прошедшаяся по ноге - точно бы не заметили.
- Какого хрена? - выругался Абель, скинутый на пол, пока Людвиг выдергивал из кармана телефон и пытался пригладить волосы.
Потом Холл вытащил из кармана свой.
Это вряд ли было просто совпадением.
Абель широко улыбнулся. Людвиг поморщился и поднялся на ноги, тряхнул головой, сбрасывая с себя угар драки.
- Пойду попрощаюсь с друзьями, - хмыкнул Абель и растворился в толпе, крикнув на прощание, что найдет и Немца, и его машину.
Людвигу же прощаться было не с кем. Он запихнул телефон обратно в карман и поспешил выбраться на парковку.
Оставлять драку незаконченной было не в принципах у них обоих, так что поездка предстояла напряженная.
Людвиг еще раз глянул на адрес, присланный по смс, и понадеялся, что они с Холлом не перегрызут друг другу горло, так как на дорогу требовался практически час.

***

Словом, идея отправить на задание именно их и именно вдвоем, была сама по себе не самой лучшей и заранее обреченной на провал.
В серо-стальном Тигуане Немца все буквально искрило от напряжения - даже радио барахлило. Людвиг старательно смотрел на дорогу, не отвлекаясь от нее ни на миг, а Абель тыкал в кнопки своего телефона, явно чем-то очень увлеченный.
Дорога заняла сорок мять минут, учитывая то, что двадцать из них машина простояла в пробке на выезде из города.
Один из заброшенных складов за городом принадлежал их семье. Огороженный надежной стеной с колючей проволокой поверху, которая местами свисала до самой земли, неопрятно оборванная. Кусачки валялись рядом.
Мрачно переглянувшись, они вошли внутрь, перешагивая через битые кирпичи. Мерзко пахло псинами. Чужими псинами, и этот запах въедался в ноздри, терзая чрезвычайно обостренный нюх.
А еще пахло спекшейся кровью - привычный затхлый запах, густой и вязкий, и очень знакомый. Так пахла кровь своих.
Главное помещение, разбитое и разворошенное, было полно бетонной пыли и крошки. Середина опала, из провала торчали прутья арматуры длиною с локоть, и можно было рассмотреть заваленный крошевом и залитый водой пол цокольного этажа.
Повсюду легко прослеживались следы драки: клочки шерсти, разводы крови, которые явно кто-то пытался затереть подошвой, металлические пруты и стреляные гильзы.
Но самый главный след они заметили в углу. Холл сделал шаг и замер, но его тут же оттолкнул Людвиг, с неестественном даже для себя бледным лицом подходя к неведомой субстанции, когда-то приходившейся ему родственником.
Абель смотрел издалека, но прекрасно все видел. После того, как Немец постарался развернуть искореженный труп, в ноздри им ударил тошнотворный запах гниения. Такое амбре испускает только плоть оборотня, пораженная серебром.
Хорошая попытка замаскировать убийство под операцию спецотрядов. В нее можно было бы поверить.
По светлой коже мертвеца уже расползалась трупная сетка сосудов, в которых вдруг остановился ток крови. Одного глаза не было, вместо него чернела блестящая рана. Горло было разодрано, из бедра торчали осколки голубоватой кости. Тонкие пальцы под запекшейся коркой крови были переломаны - трех из них не хватало.
Абель, переминаясь с ноги на ногу, шагнул назад, и что-то пронзительно хрустнуло под подошвами его сапог. Хрупкое стекло очков стерлось в пыль, а дужки смотрели в разные стороны.
- Немец, - коротко позвал он, делая еще один шаг назад. Наверху, по осыпавшемуся балкону, прошуршало что-то мелкое - видимо, крысы. Это означало, что убийство было совершено довольно давно. Мелкие грызуны приходят доедать жертв более крупных, и всегда опасаются самих хищников.
Ему не было видно лица Людвига, но Холл прекрасно понимал, что лучше ему его и не видеть. Что там может быть, кроме ненависти к тем, кто совершил это? Даже Абель ненавидел этих подонков, а ведь он-то не приходился родственником убитому.
- Надеюсь, он перед смертью забрал кого-нибудь с собой, - хрипло выдохнул Людвиг, вздергивая к уху мобильный. Гудки слышал даже голландец. - Пришлите кого-нибудь забрать тело. Мы взяли след.
Лично Холл ничего не взял, но чутью Немца он верил.
Тигуан смиренно ждал их появления, приветственно мигнув фарами. На зеркале заднего вида висела, покачиваясь, игрушка-ароматизатор - белая скрипка. Она, как и все ароматизаторы, пахла просто отвратительно, но это Абель заметил только сейчас, усевшись на переднее сидение.
- Отвратительная гадость, - сообщил он.
- Заткнись.
- Да какого хера ты вообще!…
- Я сказал, заткнись, или вылетишь отсюда.
Машина набирала скорость, а голландец зло смотрел в окно. В конце концов, он тоже переживал потерю члена семьи, но не настолько же, чтобы бросаться на всех подряд. Хотя, наверное, это сказывалась их нелюбовь друг к другу.

***

Гонка Людвига закончилась на другой окраине города. Машина резко остановилась - Абель едва успел выставить вперед руки и не прилететь носом в приборную панель.
- Сдурел?! - возмутился он, развернувшись к Людвигу, и понял, что все эмоции прошли мимо.
- Дальше не чую, - пробормотал Немец и ударил кулаком по рулю.
Абель вскинул брови и отвернулся, оглядывая район, где они оказались.
- Как ты вообще мог что-то чуять? Мы через весь город проехали, - недоверчиво пробормотал он, вздергивая воротник куртки: за окном моросил мелкий неприятный дождь.
- У меня хороший нюх, в отличие от тебя, - хмуро произнес Людвиг и вышел из машины.
Абель, выругавшись, последовал его примеру. Может быть, Немец и правда обладал развитым нюхом, но это все равно не делало его главнее.
Это Людвиг тут должен был слушаться его, Абеля, приказов, а не действовать на инстинктах...
- Тут недалеко есть хороший кабак. Пошли… ты наверняка хочешь выпить, и нам стоит решить, что делать дальше.
Абель попробовал приказать, но потом наткнулся на потухший взгляд Людвига, который даже не огрызнулся в ответ на повелительный тон, и попытался перевести все в просьбу.
Они заняли дальний столик в кафе, Людвиг заказал себе бутылку "самого крепкого пойла" и даже не порывался звонить боссам, хотя обычно из кожи вон лез, чтобы отчитаться первым.
- И что дальше? Ты подкрепишь силы алкоголем и отправишься бродить по городу, вынюхивая почудившийся след? - сам Абель обошелся чашкой кофе, и теперь разглядывал темно-коричневую жижу в чашке, гадая, можно ли это пить.
- Есть другие предложения? - Людвиг с сомнением посмотрел на принесенную для него бутылку, но потом все же наполнил стакан.
- Узнаем, кто интересовался складами - кстати, что там было? - получим подозреваемого, - Абель вытащил из кармана куртки рабочий блокнот, начеркал свои соображения. - Кто-то из нашей верхушки наверняка может знать об этом.
- Они не знают, - Людвиг залпом опрокинул в себя виски, поморщился. Светлые глаза на несколько мгновений подернулись дымкой, с которой сильный организм быстро справился. - Склад уже был пуст, груз отправили дальше, и Родерих просто проверял, точно ли ничего не забыли.
Следующие два стакана он выпил почти без перерыва, на этот раз алкоголя хватило на некоторое время без мыслей.
Абель хмыкнул и оставил его напиваться, взявшись за телефон. Надежный источник, который в курсе жизни всех кланов их города, у него был, вот только Холл до смерти не любит обращаться к этому источнику за информацией.
Цена обычно была слишком высока.
Холл вздохнул и все же набрал номер, прикинув, что еще не слишком поздно. Разницу в часовых поясах он высчитывал, особо не задумываясь над этим.
- Ты все же решил позвонить? - рассмеялась в трубке сестра всего через пару гудков. - Я думала, мы окончательно перешли на письма, мне нравится сочинять для тебя послания.
- Мне тоже, но почте все не доверишь, - улыбнулся Абель, глянул было на Людвига, подумывая как-нибудь его подколоть, но потом раздумал. Тот как-то совсем не заинтересовался разговором Холла. - И у меня официальный запрос.
- Ой, как все серьезно, - протянула Аньель и зевнула. Абель представил себе, как она садится поудобнее и берет рабочий планшет. - Ладно, детка, что именно тебя интересует? Мужики?
- Конечно, мужики - один из моих постоянных интересов, - хмыкнул Холл в ответ. - Но ты мне обещаешь, между прочим, уже давно невесту найти...
- В наш век тяжело подобрать приличную девушку, - с тяжким вздохом ответила Аньель. - Думаю, тебе нужны те, кто интересовался нашим грузом?
- А ты, конечно, даже знаешь, что там за таинственный груз?
- Ничего таинственного, - тихо рассмеялась сестра. - Ликвидировали одну из ферм, грузом было мясо. Но сам понимаешь, мясо пахнет... и вашим грузом в самом деле интересовались, вот только он покинул город без проблем.
- И кто же интересовался? - Абель на всякий случай приготовился записывать.
- Изысканные наши, ты с ними вряд ли сталкивался, там другая территория, - Аньель мечтательно вздохнула.
- И небось такие в том клане мужчи-и-ины, - подхватил Абель, который такие вздохи знал слишком хорошо.
- И один из них звал меня замуж, - судя по голосу, Аньель снова мечтательно улыбалась. - И знаешь, я давно не была так близка к тому, чтобы согласиться! Но, к сожалению, про груз было интересно именно ему, поэтому ты мог бы проверить их уютное гнездышко. Мне там в свое время понравилось.
Сестра продиктовала ему адрес, Абель переписал в блокнот и показал Людвигу. Тот, немного встряхнувшись, всмотрелся в буквы, потом медленно покачал головой - адрес был незнакомым.
- Не хотелось бы, чтобы это был он, - с сожалением добавила Аньель. - Сволочь, конечно, та еще, но обаятельный...
Она мечтательно вздохнула, и Абель скрипнул зубами, решив, что до этого обаятельного еще доберется.
- И будьте осторожней, - неожиданно тихо произнесла сестра. - Есть там один тип, пытался меня лапать, такой... О, я не заказывала! - это уже относилось к другому и Абель только вздохнул, понимая, что предупреждение он уже не получит. Хотя и так понятно, что среди противников есть всякие типы...
- Ох, тут такой кра-а-асавчик, - защебетала в трубку Аньель. - Так что пока, сладкий. Передай Людвигу воздушный поцелуй!
Она рассмеялась и сбросила вызов.
Мрачный Людвиг тем временем разобрался со своей бутылкой и, видимо, собирался заказывать новую.
Глаза у него все равно оставались трезвыми.
- Если так хочешь угнетать свою печень, то у меня дома есть гораздо более подходящая выпивка, - предложил Абель. Может быть, стоило сказать сестре о том, что кузен Людвига мертв. Приехала бы, утешила жениха...
Хотя он и сам с этим справится. Возможно. До полнолуния почти неделя, психически сейчас любой оборотень будет нестабилен. Жажда крови, драки... Если не найти для Людвига цель, в ее роли может оказаться и Абель.
Не стоило этого допускать - конечно, поставить низкорожденного выскочку на место было бы неплохо, вот только драться с берсерком...
Значит, лучше поторопиться с тем, чтобы найти Людвигу путь для вымещения злости.
- Эй, Немец, - Абель хлопнул ладонью по столу, привлекая к себе чужое внимание. - У нас есть адрес. Это куда лучше, чем твой след.
- Поверь, - хрипло отозвался Людвиг. - Я запомнил запах. Когда мы найдем эту тварь, я... я съем его сердце.
При мысли о мести Людвиг почувствовал, как жжет под ногтями. Когти норовили прорезаться - а ведь раньше неполное превращение не было его коньком.
Он посмотрел на ногти, сжал кулаки. Совершать какие-либо действия было немного странно. То ли алкоголь притупил чувства, то ли глухая боль от потери.
Даже Абель не раздражал так сильно, как обычно. Видимо, потому что не пытался ни командовать, ни как-то дотронуться. Людвиг почти испытал благодарность, когда Холл хлопнул его плечу и усмехнулся.
- Давай ключи, я поведу. Ты же пил, так что никого руля, - заявил он.
Людвиг молча сложил пальцы в неприличном жесте и поднялся из-за стола.

***

Этот дом не был похож на обитель оборотней. Обычный коттедж в пригороде, затерянный между множеством других.
На лужайке перед домом валялись игрушки для собак. Прокушенные мячи, резиновые кости... А вот будки не было.
И чужими разило так, что не оставалось других вариантов - здесь жили оборотни.
Калитка оказалась не заперта, и Людвиг с Абелем без проблем прошли по двору.
- Что говорит твой нюх? - Холл пихнул напарника локтем.
Людвиг мотнул головой, как будто в самом деле принюхивался.
Абель попытался и сам вычленить среди множества запахов нужный, и глазом не успел моргнуть, когда Людвиг стремительно рванулся вперед.
Глухо ударилась об пол железная дверь, снесенная с петель. Абель сплюнул и поспешил следом.
В доме было пусто - его оставили совсем не давно, но все же свежими следами не пахло.
- Немец, куда ты удрал?! - крикнул Холл. Запах Людвига он тоже чуял - но тот успел, похоже, обежать первый этаж, так как след вел в нескольких направлениях.
Наконец Абель услышал какой-то шум в одном из уходящих из холла коридоров, и пошел в ту сторону, на всякий случай приготовившись обратиться в любой момент.
Людвиг вылетел ему навстречу, осмотрел подобравшегося Абеля, уже начавшего трансформацию, и хмыкнул.
- Подарок тебе нашел, Холл, - заявил он, вытаскивая из-за двери связанного человека.
Оборотня, мысленно поправил себя Абель, почуяв запах серебра и вязкой чужой крови.
Запястья чужака плотно обвивала веревка с серебряными волокнами, разъедающая кожу. Не смотря на то, что он должен был бы испытывать весьма сильную боль, оборотень улыбался.
- Отличный подарочек, - отозвался Холл. - Не наш?
- От него пахнет нужным, но не он, - вздохнул Людвиг.
- Чему я очень рад, - встрял в разговор чужак и поднял связанные руки вверх. - Может, если вы не собираетесь меня убивать - я надеюсь? - то снимите это?
- Как ты тут оказался? - Абель вытащил перочинный нож из кармана, крутнул в пальцах, показывая нужное лезвие.
- Думаю, вы должны были бы убить меня, - пленник протянул ему руки. - И перестать преследовать. Хотя я и считаю своих боссов не особо дальновидными людьми, это был неплохой ход. Вы получаете того, кто вам нужен. И все расходятся. Братец Франци читает молитву над моей могилой.
Он снова улыбнулся, спокойно и ровно глядя в глаза Абелю.
Тот посмотрел на Людвига и только после этого разрезал веревку, отбросил ее носком ботинка подальше.
- Спасибо! - бывший пленник потер ладонью синяки на лице, вытер кровоточащие руки о некогда белую рубашку и протянул правую Холлу, не переставая дружелюбно улыбаться. - Антонио Фернандес Карриедо, казначей.
Абель тряхнул его ладонь, а Людвиг от пожатия отказался - но это не особо расстроило Антонио.
- Чем ты собираешься теперь заняться? Будешь искать их? - с интересом спросил Абель, когда они покинули дом и направились к машине.
Антонио нравился ему - настолько сильно, что Абель даже отдал свою куртку, чтобы Тони мог прикрыть раны. Может быть, он был тем парнем, который звал Аньель замуж? Такой кандидат, может, даже устроил бы Холла...
- Нет. Они хотели меня убить, - Антонио на мгновение перестал улыбаться. - Я залягу на дно, использую парочку своих каналов, подкоплю новую информацию... займусь делом, в общем. Если понадоблюсь, найдете через моего связного. Скейтеры в парке, его скейт в цветах флага Италии. Скажете ему, что он сладкая помидорка, и Роми приведет ко мне.
- Я бы за такое прибил, - пробормотал Людвиг, идущий на шаг позади Абеля и Антонио.
Последний обернулся на него и кивнул:
- Да, он пытается.
У Тигуана Тони попрощался с ними, напоследок продиктовав адреса нескольких складов, где могли залечь на дно его бывшие боссы, и удалился в переулки.

***
Последние два дня они гонялись за призрачными оборотнями, делая короткие перерывы на сон и еду – для экономии времени прямо в машине. Адрес, приведший их в трущобы, казался такой же пустышкой, пока Людвиг не почувствовал знакомый и ненавистный запах. К нему мешался еще какой-то, который Немец не смог сразу опознать, но не вызывающий неприятных эмоций.
Они с Абелем проскользнули сквозь покосившиеся ворота в длинный ангар, выглядящий на первый взгляд заброшенным, и тут же им под ноги метнулся целый ворох истошно пищащих крыс-самоубийц. Одна из них, отвратно визжа, перескочила через ботинок Абеля и бросилась наутек. Они переглянулись и пошли вперед.
Людвиг стягивал куртку, закатывая рукава рубашки.
- Мы на месте, - уверенно сообщил он, и Холл не стал спорить: ужасная вонь чужих резала теперь и его нюх. Это совершенно точно были те, кто им нужен. - Теперь заткнись и иди тихо.
Абель пожал плечами, переступая через битую бутылку - эти "базы", перевалочные пункты и места встреч давно уже никто не использовал. Все главы семей обычно имели достаточный капитал, чтобы приглашать тех, кто был им нужен, в офис или на работу. По крайней мере, все должно было быть так.
Впрочем, все так и оказалось. Архаичное место, куда, казалось бы, никто не придет, было занято всего лишь двумя оборотнями - мужчина и женщина.
Людвиг громко скрипнул зубами, так, что его невозможно было не услышать.
- Ты знаешь их?
- Конечно же, он нас знает! - весело и немного пьяно отозвалась девушка, сидящая на грубо сколоченной коробке. В руке она держала початую бутылку виски и активно ею размахивала.
- Вы его убили, - коротко и безаппеляционно заметил Немец, и Абель даже заметил, как приподнялась короткие волоски на его стриженном затылке.
- А вы на нашей территории, - логично заметил спутник девушки, высокий блондин, кокетливо заправив за ухо волнистую прядь.
Людвиг тихо зарычал и присел. Все трое с интересом наблюдали за тем, как падает на пол куртка, как перестраиваются кости, как пробивается на плечах шерсть. «Да, зверь из Немца вышел отличный», - так успел подумать Абель, пока два волка не сцепились в прыжке. Девушка обернулась буро-рыжим зверем очень быстро, как будто просто пригнулась, а из-за ее спины выскочил оскаленный монстр.
Пробормотав что-то невнятное про девушек и драки, Холл не нашел ничего лучше, кроме как напрямую пойти через зал под развязно-заинтересованным взглядом блондина. Подойдя на расстояние вытянутой руки, голландец улыбнулся в ответ и ткнул ему кулаком в лицо. В плечо тут же вонзились острые зубы: парень на ходу перекидывался, но по его лицу уже обильно текла кровь из рассеченной брови.
Можно сколь угодно насмешливо относиться к женщинам, можно их бить или беречь как зеницу ока, но одно Людвиг знал точно: силы их равны, и без постороннего вмешательства ни один не сможет победить. Но ближайшие посторонние, которые могли вмешаться, к счастью или к сожалению, были заняты друг другом, и теперь возились на грязном полу, не до конца еще превратившись в зверей. У обоих уже были разбиты лица, удлинившиеся и чуть вытянутые, с безумными янтарными глазами.
Абель думал, что это все бессмысленно - собирать на себя всю грязь и работать кулаками. Его плечо резко вывернулось под нажимом чужой ладони, ушло чуть назад и вернулось в измененном виде. Волк вывернулся из-под получеловека и вцепился ему в горло. Точнее, попытался, но горла под зубами не оказалось, а по морде прилетело сильной когтистой лапой. Расцвели три кровавые полосы. В отместку Холл наградил себя куском мяса, выдранного из чужого бока.
Людвиг прижался к полу, поджав переднюю лапу, но лишь стоило довольно оскалившейся волчице подойти поближе, тут же бросился на нее, прижимая боком к битому стеклу, которым был устелен весь зал. Она взвизгнула и зло ощерилась, ожидая удара.
Но удара не было. Вместо этого со всех сторон загремели голоса: "Ни с места, стреляем на поражение! Медленно встать и выйти на свет!"
Спецотряды. Боевики неспешно появлялись из своих укрытий, крепко сжимая в руках своих "орлов", готовых к смертоносной очереди. Людвиг надавил лапами на бок волчицы и подался назад, ступая медленно, так, чтобы случайно не пораниться. Не хватало еще этого...
Абель высунул язык и помотал головой - чужая кровь отвратительно горчила во рту. Блондин так и остался лежать на полу, тяжело дыша.
Они столкнулись боками, глядя в разные стороны.
"Десять слева".
"Семеро справа".
"Через три шага..."
"Раз, два..."
"Три!"
Людвиг рванулся и запрыгнул на деревянный ящик, поехавший под его лапами, затем на следующий, взбираясь все выше.
Тут же засвистели пули, на первый взгляд беспорядочно.
- И что вы так поздно?! - раздраженно кричала на двухметровых бойцов девушка. - Вы должны были появиться раньше! А ты что разлегся?! Не смей мне говорить, что тебя убили! Эй? Эй! Да прекратите палить, они уже ушли.

***

Людвиг сполз по боку своей машины, оставляя за собой кровавый след. Абель поднялся, разогнулся, оглядел себя, и лишь потом заметил его.
- Эу, ты что? Эй, алло? Немец!
Тот не отзывался, закрыв глаза. На лице блестели капельки пота, а черная рубашка намокла и блестела, казалось, вся.
- Твою мать, - проницательно заметил Холл, стирая с щеки кровь и принимаясь обшаривать пострадавшего на предмет ключей от машины. - Разве ты не должен уже регенерировать, а? - поинтересовался он, выдернув из чужого кармана ключи, щелкнул брелком, снимая машину с сигнализацию. - Знаешь ли, ненормально подыхать от какого-то пулевого!
Людвиг поморщился и приоткрыл глаза.
- Пуля застряла, - прошипел он сквозь зубы, прикусил губу и попытался подняться. Абель поймал его, покачнувшегося, и впихнул в машину. Людвиг умудрился не издать ни звука, будто в нем не сидела явно серебряная пуля, сжигающая плоть изнутри.
- Сам сможешь вытащить? - Холл забрался за руль, искоса глянув на бледного Людвига, который на удивление спокойно отреагировал на самоуправство у его машине. - Немец? Эй? Снова отрубился, что ли?
Абель выругался, обнаружил, что и сам перепачкался в крови, и попытался взять себя в руки. Из него был хреновый врач, это стоило признать сразу, и если разобраться с несложной раной он был в состоянии, то вытаскивать застрявшую в теле серебряную пулю...
- Слушай, Немец, в твоих интересах очухаться и написать инструктаж, - заявил он, глянув на бледного Людвига, тормознул у ближайшей аптеки.
Обратно он вернулся с пакетом с упаковками бинтов, лейкопластыря и бутылками с каким-то обеззараживающим раствором - Абель не стал разбираться с медикаментами, просто потребовал от фармацевтов подобрать ему набор для оказания первой помощи.
- Нет, ну ебнутый же, - пробормотал Холл, обнаружив, что в его отсутствие Людвиг успел прийти в себя и теперь стягивал одежду, стиснув зубы и ругаясь сквозь них.
- Нужно вытащить пулю, - рыкнул Немец, глянув на Абеля из-под прилипшей ко лбу челки. - Чем раньше, тем лучше.
- Давай в квартире, а? - попросил Абель, которому совсем не хотелось возиться с чужими ранами прямо в машине. - Ну, ты в конце концов тут любишь позаявлять о наличии у себя мозга, так что давай, подумай, где будет проще и безопасней.
Немец с явной неохотой кивнул, а потом и снова отключился, и даже не пришел в себя, когда Абель тащил его в квартиру, порадовавшись тому, что та была всего на третьем этаже: если что, то можно и удрать через окно даже с раненым на закорках.
- Так, ну и что дальше? - со всей возможной аккуратностью устроив раненого на узкой кушетке, Абель заглянул в свой аптечный пакет, потом вытряхнул его содержимое на пол и принялся разбираться.
Какой-то спрей, бутылка темного стекла с прозрачной жидкостью, бинты и пластыри... и упаковка таблеток валерианы в довершение.
- Что ты сказал в аптеке? - хрипло поинтересовался Людвиг.
- Правду, - усмехнулся Абель. - Ты разбираешься в этом всем?
Немец чуть приподнялся, бросив быстрый взгляд на лекарственные препараты.
- Разбираюсь, - кивнул он и снова откинулся на спину. – Сними с меня рубашку, залей рану из бутылки, потом спреем. И тебе придется лезть внутрь, найти пулю и вытащить ее.
- Отличный план. Еще что-нибудь? - оценил Абель, присев на край кушетки, одним из бинтов промокнул пот на лбу Людвига. - Заморозка заблокирует боль?
Немец повел плечом и поморщился.
- Не полностью, но я потерплю, - заявил он. - И потом прижжешь рану, она не затянется сама по себе нормально из-за серебра.
Абель собрался возразить, но сказать было нечего. Оборудование для общего наркоза он все равно не смог бы достать.
- Тогда не будем тянуть, - он поднялся на ноги, сгонял в ванную, чтобы вымыть руки, поставил на кухонную плиту сковородку и вернулся к Людвигу.
Тот не стал дожидаться, когда Абель поможет снять одежду, сам избавился от пропитанной кровью рубашки.
- Может, я мечтал, как буду с тебя ее снимать, - хмыкнул Холл, занимая место на краю кушетки, оттер кровь с бледной кожи Людвига и задумчиво уставился на аккуратную рану. Кожа вокруг нее потемнела - сказывалось воздействие серебра.
Людвиг сосредоточенно молчал, пока он возился с раной, только после заморозки слегка пошевелился и кашлянул.
- Дай упаковку, - потребовал он, кивнув на бинты.
Абель со вздохом кивнул, помог Людвигу зажать импровизированный кляп в зубах, прежде чем заняться раной, стараясь не смотреть на его лицо. Пальцы входили в плоть с трудом, кровь вытекала толчками, кожа будто пульсировала под ладонью.
Наконец серебро обожгло пальцы, Абель отбросил пулю в сторону, глянул на отрубившегося Людвига, на всякий случай проверил пульс.
Сердце билось слишком быстро, и проводить последнюю операцию Абелю не так уж и хотелось, но он заставил себя сходить за сковородой.
И потом - прижать раскаленный металл к боку Людвига.
Потом Абель осторожно вытащил из его зубов кляп, отбросил в сторону и уселся на пол рядом с кушеткой. Пнул подальше валяющуюся под ногами пулю, поморщившись от ощущения его близости.
Людвиг все еще был без сознания. От его бока тянуло паленой плотью, но серебром еще сильнее, и, может быть, какие-то частички остались...
Холл бросил быстрый взгляд на лицо Людвига и выпутался из одежды. Обратившись, передними лапами он оперся о край матраса и принялся зализывать рану.
Людвиг застонал, грудная клетка завибрировала, а живот заходил ходуном, пришлось придержать его лапой, чтобы продолжить свое занятие.
Язык периодически обжигало - значит, серебро еще осталось.
Абель замер, когда прохладные чуть подрагивающие пальцы опустились к нему на холку. Других движений Людвиг не делал, и Холл вернулся к прерванному вылизыванию.
Когда серебро прекратило обжигать язык, Абель поднял голову, внимательно глядя в лицо Людвига. Тот лежал с полуприкрытыми глазами, на обычно бледных щеках выступил лихорадочный румянец.
Абель вернулся в человеческий вид и прижал тыльную сторону ладони к чужому лбу, пытаясь понять, есть ли у того температура.
Пальцы у Людвига по-прежнему были холодными, а лоб – чуть горячим и влажным. Он поймал Абеля за руку и с силой дернул к себе, а тот не стал сопротивляться
- У тебя отлично проявляется посттравматический синдром, - заявил Холл с наглой усмешкой. – Мне даже жаль, что тебя так редко подстреливают.
- Не подстрелили бы, если бы ты не путался под ногами, - рыкнул Людвиг ему в лицо, но обычной злости и неприязни в этом рыке Абель не почуял.
Почуял он совсем другое, и не стал мешать чужому желанию слиться со своим. Прижался к Людвигу, опасаясь касаться шрама от ожога, но самого Немца такое, похоже, не беспокоило.
Почти трансформировавшиеся когти вонзились под ягодицы, заставляя Абеля прижаться еще ближе – такая боль только подстегивала возбуждение. Джинсы Людвиг с него стащил, попутно хорошенько разодрав, с его же брюками Абель обошелся более деликатно, просто расстегнув их. Прижал свой член к чужому ладонью, уверенно сжал пальцы. Людвиг застонал, толкнувшись вверх, еще сильнее прижал Абеля к себе, на этот раз просто обняв, но так, что дышать стало невозможно сначала от удушья, а потом – оно обострило ощущения так, что никак нельзя было утерпеть, и Холл сдавленно застонал, содрогаясь в оргазме, одновременно чувствуя, как дрожит под ним Людвиг, и от его стонов дух захватывало сильнее, чем от объятий.
- Я могу потом рассчитывать на секс? – хрипловато поинтересовался Холл, отдышавшись и осторожно устроившись на боку рядом с Людвигом. Двигаться не хотелось, хотелось отлежаться уже наконец после всей этой беготни.
Немец проигнорировал его вопрос. Абель было подумал, что он заснул, когда раненый чуть шевельнулся.
- Есть что-то, что мы до сих пор не понимали, - пробормотал Людвиг, попытался улечься поудобнее и поморщился от боли.
Абель соскреб себя с матраса, притащил кастрюлю с водой и полотенце, и принялся обтирать их обоих от пота, крови и спермы.
- Ты можешь не думать, - великодушно предложил он. - Отлежись сначала.
- Не могу, - усмехнулся Людвиг. - Сейчас только и остается, что и думать. Хотя от той парочки и несло... нужным запахом, но я понял, что меня удивляло все это время. На складе...
- Был свежий запах, по которому ты смог взять след и пройти через весь город? - предположил Абель.
- Как будто кто-то пришел туда незадолго до нас и наследил хорошенько, - Людвиг опустил веки. - Кто-то, кто хотел навести нас на лидеров нужного клана.
- И помог нам с адресом, - заключил Абель и нахмурился. - Тони.
Людвиг кивнул в ответ.
- Через пару часов смогу встать, тогда и пойдем искать его.
Отрубился он потом почти сразу, и в планы Абеля не входило провести это время, охраняя сон Людвига.

***

У Абеля всегда было достаточно связей, чтобы на фразу «Мне нужна помощь» помощь всегда являлась, как принц на белом коне. Но сегодня на этот зов явился не только не принц, но даже не на белом коне. Встреча с Антонио и предисловие (слегка нецензурное и на весьма повышенных тонах) к последующей экзекуции было недолгим. Минут пятнадцать Холл потратил на то, чтобы вырычать все, что он думает об этом в высшей степени некрасивом поступке.
И только потом уже в ход пошли кулаки. Это сначала кулаки, а потом уже зубы и когти, причем доставалось обоим в равной мере. Роже Абеля снова досталось – едва успели затянуться раны, полученные в предыдущей стычке, как его лицо снова прочертили чужие когти, зато Антонио припадал на передние лапы.
Уступать никто не хотел, да и не мог бы, потому что вопрос стоял ребром: выживет кто-то один.
С тихим отчетливым звуком переломился хрящ в ухе испанского оборотня. Он издал странный визгливый звук и отскочил к стене, ударившись о нее спиной. Абель отошел на несколько шагов, вскинул морду и протяжно завыл куда-то под потолок с перебитыми балками.
И в этот момент Антонио бросился на него, целясь в горло. Острые зубы сомкнулись в сантиметре от еще дрожащего от воя кадыка: светлая тень метнулась ему наперерез и резко оттолкнула.
Людвиг пришел как нельзя вовремя.
Состоянием берсерка пугали только обращенных: если позволить ярости захватить себя, то можно навсегда остаться волком, забыть, как перекидываться обратно. Людвиг, весь дрожащий от напряжения и злости, сейчас был как никогда близок к этому состоянию. Против него, даже только вставшего на лапы после раны, шансов у Антонио не было – хотя испанец все равно оставался очень опасным и непредсказуемым противником.
- Отойди, - потребовал Абель, вернув себе привычный человеческий вид, посмотрел на стоящего рядом волка и невольно скрестил пальцы на удачу. - А лучше вообще уйди отсюда.
Голос у него был злой, охрипший, где-то в горле клокотали остатки угрожающих звуков. Антонио был без сознания, но это требовало приложения больших усилий с обоих сторон.
Немец сменил облик так быстро, что Абель не заметил превращения. Впрочем, это говорило о том, что терзавшая Людвига жажда мести притупилась
- А не слипнется? – усмехнулся он.
- Нет, - Холл ухватил его за плечо и пихнул к двери. - Двигай давай, я пока его расспрошу. - Так я...
- Ты его убьешь и нихрена не узнаешь. А я просто расспрошу. Просто, ну, не знаю, охраняй вход, чтобы мне никто не помешал.
Он выставил Людвига во двор и вернулся к пленнику, жалея, что не сохранил серебряной веревки. Пришлось пользоваться подручными средствами – собственным ремнем.
Связав пленника – впрочем, такое могло удержать только раненого оборотня, поэтому стоило поторопиться, пока Тони не регенировал – Холл склонился к нему и отвесил хорошую пощечину, потом схватил за волосы и потянул вверх.
Оборотень застонал, приходя в сознание, и сначала поддался, попытавшись сесть, но потом начал заваливаться и практически лег на пол. Абель усмехнулся, и первый удар с ноги пришелся куда-то под ребра.
Разговаривали они долго и мучительно. У Тони было залито кровью лицо, он с трудом сидел, прислонившись спиной к стене.
Дверь наконец поддалась натиску Людвига, который явно устал ждать.
- Послушай, какая история, - насмешливо сообщил ему Холл, оседлавший стул и сложивший руки на его спинке. - Этот красавец убил нашего не просто так, не из-за конфликта и даже не из каких-то чувств. Он хотел, чтобы мы вынесли его главного, а он бы тем временем занял освободившееся время. Вот только до главного мы не дошли, остановившись где-то в промежутке. Он, знаешь ли, не догадывался, что кто-то додумается привлечь для своей защиты спецов. Мы ж вроде враги. Ну, как тебе?
Людвиг оскалился. Он не любил, когда кого-то использовали.
Абель поднялся на ноги, явно собираясь уйти.
- Ты что, собираешься его отпустить? - Немец вцепился в чужое плечо.
- Не-а, - отозвался Холл, морщась. - Оставляю его тебе. Пойду, жахну чего-нибудь. Тебе налить?
- Не жди меня.
Голландец пожал плечами, уже сам вышел во двор и снова закурил. Больше половины пачки валялось на полу в комнате, затушенная кое-как и кое о кого.

***

Уже совсем стемнело, и пошел снег, такой густой, что не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки. В мутной темноте мелькали огоньки, шуршали птицы, крошилась мерзлая пожухлая трава.
Абель стоял, зажав подмышкой изрядно помятый букет, и пытался закурить - но постоянно налетающий ветер не позволял ему это сделать. Людвиг пришел ровно в 21:00, как только длинная стрелка часов на запястье голландца прилипла к двенадцати. Он тоже держал в руках букет - попышнее и поспокойнее в цветовой гамме. Все цветы были совершенно белые, как снег, постепенно заволакивающий черную землю.
- Ну что, вместе? - спросил Холл.
- Может, тебя еще за руку подержать? - огрызнулся Немец и первым положил цветы на могилу. Следом за ним цветы положил и Абель, пряча руки в карманы куртке и лишь таинственно мерцая из-за огонька сигареты.
- Нас с каждым годом все меньше и меньше, - заметил Людвиг.
- Угу. Хуево терять кого-то из своих. А я его даже толком не знал.
Они стояли так еще полчаса, перебрасываясь ничего не значащими фразами, пока наконец совершенно не замерзли, а голландец не извел остатки сигаретной пачки, смяв ее и бросив на землю. Потом оба, не сговариваясь, направились по кладбищенской улочке к выходу.
Шоссе было оживленным, и Немец сразу же направился к своей машине, припаркованной неподалеку.
Его остановили сильные пальцы Абеля, сжавшиеся на плече.
- Эй, - он напряженно подал голос, дрогнувший не то от холода, не то от чего еще. - Давай выпьем сейчас где-нибудь?
Немец молча кивнул на машину, принимая приглашение.
- Ах да: это свидание, - скороговоркой заметил Холл, плюхаясь на переднее сидение и захлопывая дверь.

URL
   

Fic an art!

главная